Анализ стихотворения «Спит ковыль Равнина дорогая» Есенина
Эстетическая концепция С. А. Есенина опиралась на веками складывающиеся традиции искусства и всячески противостояла попыткам в порыве борьбы за новаторство отречься от культурного наследия минувших эпох. Как и В. В. Маяковский, и Блок, С. А. Есенин встретил революцию с восторженным воодушевлением. Мать моя — родина, Я — большевик, — восклицает он в произведении «Иорданская голубица». Однако не все перемены в общественной жизни пришлись поэту по праву. В стихотворении «Спит ковыль.
Равнина дорогая.» заключена скрытая полемика
В нем противопоставлен свет луны и новый свет. Kobi. ijii. — типичный образ раздольного степного пейзажа. Горькая степная трава полынь — образ, навевающий тоску. Журавли символизируют разлуку.
Эпитет «золотой» по отношению к избе подчеркивает
Для русского крестьянина таким местом исконно являлась изба — воплощение традиционного размеренного уклада жизни, ориентированного на согласие с природой и народный календарь. Яркая, запоминающаяся автономинация «Все равно остался я поэтом золотой бревенчатой избы» актуализирует также тему города и деревни, характерную не только для творчества С. А. Есенина, но и для всего направления так называемой новокрестьянской поэзии, к которому, помимо С. А, Есенина, принято относить Н. Клюева, С. Клычкова, А. Ширяевца и ряд других поэтов. «Я последний поэт деревни», — пишет С. А. Есенин в одноименном стихотворении. И в этом категоричном заявлении звучит глубокое осознание важности своей социальной миссии как своеобразного долга перед земляками.
Примечательно, что собственное предназначение, творческая жизнь души увязываются в этих двух стихотворениях, написанных с пятилетним промежутком, с судьбой деревни. Патриархальная деревня есенинского детства противопоставлена в них уверенным и неизбежным шагам слепого технического прогресса. В стихотворении «Я последний поэт деревни.» это сделано более конкретно: На тропу голубого поля Скоро выйдет железный гость. В произведении «Спит ковыль.
Равнина дорогая.» заявление о том, что прогресс несет в себе не только созидательное, но и негативное, разрушительное начало сформулировано более абстрактно, оно граничит с недосказанностью: По ночам, прижавшись к изголовью, Вижу я, как сильного врага, Как чужая юность брызжет новыо На мои поляны и луга. Стихотворение «Спит ковыль. Равнина дорогая.» в целом, не характерно в плане раскрытия темы деревни.
В нем нет столь обычного для ранних есенинских произведений сладостного любования красотами родной земли. Вернее, любование это становится лишь увертюрой для предстоящег о проблемного взгляда на современную поэту деревню. Семантика «покоя», заявленная первыми строками, в последующих строфах развенчивается, эмоциональный накал постепенно нарастает и взрывается тревожным исповедальным криком о назревших неразрешимых противоречиях, отчаянным возгласом: Дайте мне на родине любимой, Все любя, спокойно умереть. Сколько безысходности и душевной боли в этом невольно выплеснувшемся горьком возгласе!
У С. А. Есенина, женатого на иностранке, была реальная возможность остаться за границей и зажить более комфортной, респектабельной, а главное — спокойной жизнью, но он не мыслил Себя без России, пусть нищей, голодной, измотанной в социальных конфликтах, но самой родной и единственной в мире. И он вернулся, быть может, зная о том, что едет на родину умирать.
Анализ стихотворения «Спит ковыль Равнина дорогая» Есенина